Размышления Фиделя Кастро »

КАНДИДАТ-РЕСПУБЛИКАНЕЦ(Вторая часть)

Один из самых враждебных к Кубе органов печати Соединенных Штатов, издающийся во Флориде, рассказывает о событиях следующим образом:

«Воспользовавшись переговорами, которые велись в целях освобождения пленных, захваченных в бухте Кочинос, ЦРУ попыталось использовать ключевое лицо этих переговоров – американского адвоката Джеймса Донована, – чтобы он вручил Фиделю Кастро смертоносный подарок: неопреновый костюм, зараженный грибком, поражающим кожу, и аппарат для дыхания под водой, зараженный туберкулезом… Кубинский руководитель получил снаряжение в ноябре 1962 года.

Это разоблачение является одной из многих историй, приводимых в книге «After the Bay of Pigs» («После бухты Кочинос»), в которой говорится о переговорах, имевших место с апреля по декабрь 1962 года между Комитетом родственников для освобождения пленных и кубинским правительством.

Книга в 238 страниц, опубликованная в конце прошлого года, была написана кубинским эмигрантом Пабло Пересом Сиснеросом в соавторстве с предпринимателем Джоном Донованом, сыном уже скончавшегося участника переговоров, и Джефом Конрейхом – многолетним членом Красного Креста, организовывавшим гуманитарные миссии между Соединенными Штатами и Кубой.

Перес Сиснерос – сын Берты Баррето де лос Эрос, которая в то время была координатором Комитета родственников на Кубе и ходатайствовала перед Кастро в целях обмена 1 113 пленных, взятых после вторжения  в апреле 1961 года.

Баррето де лос Эрос начала писать книгу, но скончалась в марте 1993 года. Ее сын, который занимался исследованиями в течение 8 лет и завершил книгу, был человеком, купившим в конце 1962 года неопреновый костюм и снаряжение для подводного плавания, не зная, что все это предназначалось Кастро.

В июне 1962 года Перес Сиснерос впервые посетил офис Джеймса Донована в Бруклине, чтобы попросить его участвовать в переговорах с Кубой. Организатором встречи был Роберт Кин – сын бывшего конгрессмена и шурин Хоакина Сильверио, члена Бригады 2506, находившегося в тюрьме. Донован договорился работать для Комитета родственников бесплатно.

Два месяца спустя Донован впервые поехал в Гавану – то была первая из 11-ти поездок, совершенных им в качестве посредника при переговорах с правительством Кубы.

Когда в октябре 1962 года Донован вернулся на Кубу, Кастро сказал ему, что нуждается в снаряжении и неопреновом костюме для подводного плавания. «Именно тогда Донован сказал мне, что хочет достать снаряжение хорошего качества для одного человека, но не сказал, что для Кастро», – заявил Перес Сиснерос в интервью корреспонденту газеты «Эль Нуэво Геральд», чтобы дополнить информацию относительно этого дела.

Перес Сиснерос, в свое время чемпион по подводной охоте на Кубе, купил в известном магазине на Таймс-Сквер в Нью-Йорке неопреновый костюм за 130 долларов и снаряжение для подводного плавания за 215 долларов.

Кастро получил их в ноябре 1962 года, и несколько недель спустя, во время нового приезда Донована, кубинский президент сказал адвокату, что уже пользовался ими…

Лишь через несколько месяцев после окончания переговоров Перес Сиснерос узнал все подробности того, что произошло на самом деле.

Во время Второй мировой войны Джеймс Донован работал в Бюро стратегических служб – предшественнике ЦРУ. Позже он был назначен одним из прокуроров на процессе над нацистскими преступниками в Нюрнберге. В феврале 1962 года он был главным посредником при самом громком во время «холодной войны» обмене агентов-шпионов – русского полковника Рудольфа Абеля на американцев Фредерика Прайора и Гэри.Пауэрса – захваченного пилота самолета У-2.

Когда Донован сообщил ЦРУ, что Кастро попросил привезти ему снаряжение для подводного плавания, американское управление сказало ему, что оно позаботится об этом. Однако адвокат не согласился на предложение заразить неопреновый костюм и снаряжение для подводного плавания, поэтому предпочел дать Кастро снаряжение, купленное на Таймс-Сквер.

В мае 1963 года Кастро пригласил Донована и адвоката Джона Нолана, представлявшего тогдашнего министра юстиции Роберта Кеннеди, поехать в район бухты Кочинос, и там вновь пользовался для подводного плавания американским снаряжением.

В конце 1963 года Перес Сиснерос заявил: «Донован сказал мне, что от идеи покушения на Кастро у него мурашки побежали по телу и что он отказался передать снаряжение, подготовленное ЦРУ, поскольку подумал, что если Куба раскроет эту операцию, то всем переговорам может прийти конец, а его могут казнить…».

«Книга, включающая описания любопытных и непредвиденных событий, – это напряженная история, показывающая, как любовь, решимость и разум помогли обменять пленных Бригады 2506 на продукты питания, лекарства и медицинскую аппаратуру стоимостью в 53 миллиона долларов.

Усилия Донована и Комитета родственников прилагались, когда еще царила неопределенность относительно судьбы пленных…

Первая встреча Комитета родственников с Кастро состоялась в доме Баррето де лос Эрос в Мирамаре 10 апреля 1962 года. Четыре дня спустя 60 раненых членов Бригады были перевезены в Майами.

Включение Донована в переговоры ускорило процесс освобождения.

Донован подготовил секретный шифр для связи, поскольку знал, что телефон семьи Эрос прослушивался.

В середине декабря Кастро договорился об обмене и передал список на 29 страницах с перечнем продуктов питания и лекарств, которые должны были переслать на Кубу через американский Красный Крест.

Последние десять дней переговоров были очень напряженными, поскольку Донован нанял группу из 60 адвокатов, чтобы обеспечить все пожертвования, обещанные 157 американскими компаниями.

23 декабря 1962 года в Майами вылетели первые 5 самолетов с 484 членами Бригады. На следующий день остальные 719 пленных были переправлены еще 9 рейсами».

Я текстуально переписал слова статьи. Некоторые конкретные данные были мне неизвестны. Ничего из того, что я помню, не отклоняется от истины.

Мои связи со Сьенага-де-Сапата начались очень рано. Я познакомился с этим местом благодаря некоторым американским приезжим, которые говорили мне о «black fish» – черной форели, в изобилии обитающей в Лагуна-дель-Тесоро, в центре Сьенаги, глубина которой составляет максимум 6 метров. То были времена, когда мы думали о развитии туризма и возможных польдерах по принципу земли, отвоеванной у моря голландцами.

Слава этого места восходила к периоду моего обучения в старших классах, когда в Сьенаге были десятки тысяч крокодилов. Из-за неограниченного отлова этот вид был почти истреблен. Его надо было взять под охрану.

Прежде всего, нами двигало желание сделать что-нибудь для угольщиков Сьенаги. Так начались мои связи с бухтой Кочинос, такой глубокой, что ее глубина достигает почти тысячи метров. Там я познакомился со стариком Финале и его сыном Кике, которые научили меня подводной охоте. Я изъездил островки и цепи островков. Изучил эту зону, как свои пять пальцев.

Когда там высадились захватчики, существовало три дороги, пересекавшие болото, построенные и строившиеся туристические центры и даже аэропорт по соседству с Плая-Хирон – последний оплот вражеских сил, который наши бойцы взяли штурмом вечером 19 апреля 1961 года. Эту историю я уже рассказывал. Мы могли бы отбить его менее чем за 30 часов, однако обманные маневры американского военно-морского флота отсрочили нашу молниеносную атаку с танками ночью 18-го числа.

Чтобы рассмотреть проблему захваченных в плен, я познакомился с Донованом, который, как мне показалось, – и я рад, что это подтвердилось рассказом его сына, – был честным человеком; я действительно пригласил его на рыбную ловлю и без сомнения сказал ему о костюме и о снаряжении для подводного плавания. Остальные подробности не могу вспомнить с точностью, следовало бы поспрашивать. Я никогда не занимался писанием мемуаров, а сегодня понимаю, что это было ошибкой.

Например, точное число раненых, я не помнил его с такой точностью. Я помнил о сотнях наших раненых, многие из которых умерли из-за нехватки аппаратуры, лекарств, специалистов и отсутствия тогда соответствующих больниц. Раненые, отправленные вначале, наверняка нуждались в реабилитации или в лучшем медицинском обслуживании, что не было в наших силах.

С первого победоносного сражения 17 января 1957 года стало традицией  лечить раненых противников. Это фигурирует в истории нашей Революции.

В книге воспоминаний “Faith of my Fathers” (Вера моих отцов), написанной Маккейном совместно с вездесущим Марком Солтером в хорошем литературном  стиле, главный автор утверждает:

«Меня часто обвиняли в том, что я был равнодушным учащимся, и принимая во внимание некоторые мои оценки, могу отметить, насколько великодушным было это утверждение. Однако я был скорее селективным, чем равнодушным. Мне нравился английский язык и история, и по этим предметам  я часто показывал хорошие результаты. Меня меньше интересовали и мне меньше удавались математика и науки».

Дальше он уверяет:

«За несколько месяцев до выпуска я сдавал вступительные экзамены в Военно-морскую академию… Я сдал их на редкость хорошо, даже экзамен по математике.

Моя репутация как скандального и  темпераментного молодого человека не ограничивалась – как ни неудобно мне признаться в этом – стенами Академии. Многие порядочные обитатели очаровательного города Аннаполис, свидетели некоторых моих самых экстравагантных актов неподчинения, не одобряли меня, так же, как многие офицеры».

Выше, повествуя о некоторых эпизодах своего детства, он рассказывает:

«При малейшем провоцировании я взрывался в бешенстве и затем падал без сознания.

Врач прописал мне курс лечения, который в соответствии с современными методами педиатрии мог показаться несколько строгим. Он порекомендовал моим родителям наполнить ванну холодной водой, и когда у меня начинался припадок ярости и казалось, что я задерживаю дыхание, чтобы броситься на пол, безо всяких церемоний прямо в одежде погрузить меня в воду».

Когда читаешь это, создается впечатление, что методы, которые применяли к нам в то время – как ко мне, жившему в довоенный период, так и к нему – были не самыми подходящими для обращения с детьми. В моем случае, нельзя было говорить о враче, консультировавшим семью; то были простые люди, частично неграмотные, многие из них применяли средства только по традиции.

Маккейн рассказывает и о других эпизодах, связанных с его приключениями курсанта  в учебных поездках. Не упоминаю о них, потому что они отходят от содержания моего анализа и не имеют никакого отношения к личным делам.

Естественно, что Маккейн не был в зале конгресса, когда Буш выступал там  вечером 28 января, потому что в политике президента есть вещи, сильно компрометирующие Маккейна. Он был в Маленькой Гаване, в ресторане «Версальес», где его чествовало сообщество граждан кубинского происхождения. Лучше не слишком вдаваться в прошлое ряда присутствовавших там личностей.

Маккейн поддерживает войну в Ираке. Он считает, что угроза, которую представляют собой Афганистан, Иран и Северная Корея, и рост России и Китая вынуждают Соединенные Штаты усиливать наступательные силы. Он работал бы вместе с другими странами, чтобы защитить свою страну от исламского экстремизма и находиться в Ираке до победы.

Он признает важность поддержания прочных связей с Мексикой и другими латиноамериканскими странами. Он выступает за продолжение нынешней агрессивной политики по отношению к Кубе.

Он усилит безопасность границы Соединенных Штатов не только для въезда и выезда лиц, но также и в отношении товаров, ввозимых в страну. Он считает, что иммигранты должны обучаться английскому языку, американской истории и культуре.

Он хочет заручиться поддержкой избирателей латиноамериканского происхождения, к сожалению, большинство не голосует, или они голосуют в виде исключения, всегда опасаясь, что их выгонят из страны, лишат детей или они потеряют работу. На стене в Техасе и дальше будет погибать более 500 человек в год. Он не обещает для них – тех, кого манит «американская мечта», – закона об урегулировании.

Он поддерживает Акт Буша «Не должен отстать ни один ребенок». Он защищает предоставление большего федерального финансирования на стипендии и университетские займы под низкие проценты.

На Кубе всем даются прочные знания, художественное образование и право обучаться в университете бесплатно. Более 50 тысяч детей с проблемами получают специальное образование. В массовом порядке преподается компьютерное дело. На выполнении этих задач заняты сотни тысяч высококвалифицированных человек. Но Кубу надо держать в блокаде, чтобы освободить ее от подобной тирании.

Как у любого кандидата, у него есть своя правительственная программка. Он обещает сократить зависимость от поставок энергии из-за рубежа. Сказать это легко, но сделать в нынешних условиях куда труднее.

Он возражает против субсидий на производство биоэтанола. Замечательно:  то же самое предложил я бразильскому президенту Луле да Силва, пусть потребует от правительства Соединенных Штатов отменить большие субсидии на выращивание кукурузы и других зерновых, предназначаемых на производство биоэтанола из продуктов питания. Но это не то, что предлагается: наоборот: экспортировать американский биоэтанол, конкурируя с Бразилией. Это известно только ему и его помощникам, потому что этанол из кукурузы никогда не может конкурировать по себестоимости с бразильским этанолом, производимым из сахарного тростника в качестве сырья очень тяжелым трудом ее  работников, судьба которых в любом случае была бы лучше без таможенных барьеров и субсидий Соединенных Штатов

Есть много других латиноамериканских стран, которые правительство Соединенных Штатов направило по пути производства этанола из сахарного тростника. Что они будут делать в свете новых решений, исходящих с Севера?

Не могло отсутствовать обещание обеспечить качество воздуха и воды, должным образом использовать зеленые пространства, защищать национальные парки, которые постепенно превращаются в воспоминания о том, какой прекрасной была когда-то природа этой страны, ставшая жертвой неумолимых повелений законов рынка. Однако Киотский протокол не будет подписан.

Все это кажется мечтами потерпевшего крушение в разгар бури.

Он сократит налоги семьям из средних классов, продолжит политику Буша сокращать постоянные налоги и оставит процентные ставки на нынешнем уровне.

Он хочет больше контролировать стоимость медицинского страхования. Считает, что семьи должны сами осуществлять контроль над суммами страховки. Он собирается провести кампании по здравоохранению и профилактике. Поддерживает план нынешнего президента, позволяющий трудящимся перемещать деньги налогов, идущих на социальное страхование, в частные пенсионные фонды.

Социальное обеспечение ждет та же судьба, что и биржи.

Он выступает за смертную казнь, укрепление и увеличение числа военных структур, расширение Договоров о свободной торговле.

Вот афоризмы Маккейна:

«Сейчас положение трудное, но наша ситуация лучше, чем в 2000 году» (январь 2008 года).

«Я хорошо подготовлен по экономическим вопросам; я участвовал в революции Рейгана» (январь 2008 года).

«Чтобы избежать рецессии, надо прекратить бесконтрольные затраты» (январь 2008 года).

«Потеря экономической силы ведет к потере военной силы» (декабрь 2007 года).

«Республиканцы забыли, как контролировать расходы» (ноябрь 2007 года).

«Надо обеспечить границы; только так упорядочится программа приезжих рабочих» (январь 2008 года).

«Амнистия 2003 года не означает премировать незаконное поведение» (январь 2008 года).

«Надо собрать два миллиона иностранцев, нарушивших закон, и депортировать их» (январь 2008 года).

«Сделать все, что можно, чтобы помочь всем иммигрантам научиться говорить по-английски» (декабрь 2007 года).

«Никакого официального английского языка; американские индейцы должны говорить на своем собственном языке» (январь 2007 года).

«Требуются миграционные реформы, чтобы обеспечить национальную безопасность» (июнь 2007 года).

«Двухпартийные позиции – признак способности быть президентом» (май 2007 года).

«Надо сохранять эмбарго и судить Кастро» (декабрь 2007 года).

«Никаких дипломатических и торговых отношений с этой страной» (июль 1998 года).

«Было бы наивно исключить ядерное оружие; наивно исключить нападение на Пакистан» (август 2007 года).

«С войной в Ираке «мы стали уделять меньше внимания нашему полушарию и заплатили за это определенную цену» (март 2007 года).

Он обещает посетить свою собственность на континенте. Он сказал, что если его изберут в Белый дом в 2008 году, его первой поездкой будет посещение Мексики, Канады и Латинской Америки, чтобы «подтвердить мои обязательства перед нашим полушарием и важность связей в нашем полушарии».

На протяжении всей своей книги, на которую я неизбежно ссылаюсь в своих Размышлениях, он утверждает, что силен в истории. Там нет ни единой ссылки на какого-либо политического мыслителя, даже на одного из тех, кто вдохновил Декларацию независимости 13-ти колоний 4 июля 1776 года, которой через 4 месяца и 23 дня исполнится 232 года.

Более 2 400 лет назад Сократ – известный афинский мудрец, знаменитый своим методом и мученик своих идей, – сознавая человеческую ограниченность, сказал: «Я знаю только то, что ничего не знаю». Сегодня кандидат-республиканец Маккейн восклицает перед своими согражданами: «Я знаю только то, что знаю все».

Продолжение следует.

Фидель Кастро Рус

11 февраля 2008 года

15.35 часов 
 

Deja un comentario

Tu dirección de correo electrónico no será publicada. Los campos necesarios están marcados *

*